Bernardo Rivera – Voices of materials

IMG_1454
Artist – Bernardo Rivera

Бернардо Ривера – скульптор, художник из Мексики (живет в Финляндии). Я познакомилась с ним на курсах Шведского и так и не поняла зачем он его учил. Это один из тех людей, с которыми очень легко и приятно заводить беседу, с которым не чувствуешь напряженной неловкости и не пытаешь заполнить паузы разговора. Больше всего мне запомнилась его фраза “любой, кто назовет себя художником – художник” – в этой его фразе было столько легкости и нисколько не было простоты и пустоты. Весь последующий текст это добровольное самопожертвование Бернардо и череда моих вопросов, большинство которых я итак сократила. Так что, если вам станет скучно – вспомните, что самые скучные вопросы я уже убрала. Ну вот, а теперь наслаждайтесь, вуаляя


Соня: Вы не только скульптор, но и также художник, каково Ваше отношение к живописи и скульптуре? Есть ли для Вас разница между ними?

Бернардо: В самом деле, разница есть. Когда вы рисуете, ваши намерения, иллюзии, планы чаще всего спрятаны в ваших нынешних проблемах, и процесс заключается в очищении вашего разума и начале процесса рисования. В основном, эти действия являются частью рутины.

В скульптуре вам тоже нужно очистить свой разум, но процесс сбора материала совершенно другой: я должен следить за трудностями по-другому и иметь план, технический план, чтобы собрать все части вместе. В то время, как творчество (порыв, идея) было еще до начала размышления о материалах.

“В живописи вы можете изменить свои цели или направления, в то время как в скульптуре нет, по крайней мере, в моем личном опыте. Конечно, всегда можно что-то изменить, но не полностью весь проект. Лично я предпочитаю следовать своему плану, следовать ему до конца, но иногда жизнь преподносит сюрпризы.”

С: Вы упомянули однажды о том, что вам нравится игра света и тени в ваших работах, нравится когда видишь свет сквозь объект. Мне нравится как эта “легкость” уживается и гармонирует с “тяжелыми” металлами и деревом, из которых состоят произведения. Возникает ощущение хрупкости и неоднозначности всего живого – массивные металлические штыри отражательными свет переливами, мягко играют со светом – очень изящное зрелище. Или например острые лезвия пилы, расположенные так близко, что создают совершенное ощущение мягкости и поверхность в целом уже не воспринимается как режущая.

Processed with VSCO with hb2 presetМатериалы, которые вы используете в своих работах очень “природные” и естественные – это дерево, глина, бронза, металл. Расскажите о вашем отношении к этим материалам? Почему вы отдаете им предпочтение?

Б: Моя работа – это прежде всего работа с материалами с целью поиска голосов, которые могут заговорить с моими внутренними голосами. Металл, глина, дерево, стекло имеют четкие голоса для меня, которые соответствуют мне на данный момент, они находят слова, которые составляют мой язык. Я не покрываю недостатки своих навыков, я делаю так, как чувствую, я делаю так, как я концептуализую. (по крайней мере, я стараюсь)

С: Что вы считаете главным в скульптуре? Является для вас первостепенной форма или содержание?

Б: Я считаю эту проблему скорее исключением*, чем правилом. Иногда моя работа ретинальна, как Дюшановская дисквалификация произведений искусства только потому, что они были созданы с единственной целью – доставить удовольствие чувствам. Иногда в некоторых моих работах есть рациональный источник. Иногда я больше отношусь к абстрактной сфере, а затем меняю на органическую, иногда я удивляюсь самому себе, результатами или даже мне приходится оставлять работу на несколько дней, недель или месяцев, потому что идея не была ясна. Я считаю, что страсть – это ключ, мой ключ.

*Eng “more rubber than a rule”

С: Какая ваша любимая работа? Не могли бы вы рассказать немного о ней.

Б: Это абстрактная деталь в бронзе с названием на испанском языке «la cabrona negra», что означает “черная коза”. Я создал это произведение, имея нижнюю часть тела в качестве вдохновения. Когда я искал материал, чтобы сделать основание, я разместил несколько камней на кухонном столе и среди них был красивый черный гранит. Я только начал делать сравнения между разными камнями, которые только что взял, чтобы посмотреть, как выглядит мой объект с этим черным гранитом вместе, как почти упал в обморок: композиция была похожа на человека! Я сразу же влюбился в это произведение. Моя подруга одолжила его, и однажды ее друг из Германии увидел ее и купил среди других вещей.

Processed with VSCO with hb2 preset

С: Где вы черпаете вдохновение?

Б: Женщины, текстура, тени, размышления, фрукты, животные, поэзия, музыка, люди, ходьба, и работа, работа, работа и работа! Ах и да, больше работы.

С: Хотелось бы задать еще один, довольно сложный вопрос. Какая идея стоит за всем вашем творчеством? Это наверное в большей мере вопрос о смысле в глобальном понимании – зачем? (этот вопрос мне интересно задавать, получить ультимативно правильный ответ на него невозможно, однако точки зрения вызывают большой интерес и дискуссии. Это перекликается с вопросом зачем нужно искусство – для кого оно?)

Может быть есть какой-то вопрос на который вы отвечаете через свои работы?

Б: Я думаю, что идея заключается в том, чтобы уметь создавать что-то, что люди ценят. Для меня, как для художника, печально видеть, как люди игнорируют такие прекрасные объекты, скульптуры на улицах, люди не останавливаются и не смотрят. Конечно, это мы, художники, несем ответственность за это безразличие, когда создаем для себя, а не для сообщества.

Однажды я читал кое-что о главном правителе (или короле) в Африке, и его спрашивали, почему у него в своей комнате посреди джунглей такие красивые маски и другие предметы, которыми никто не может восхищаться, кроме него, и он ответил: Ну, я думаю, всем нравится иметь красивые вещи в своих домах. Начиная с древней наскальной живописи в Альтамире, вся работа делается для “празднования” жизни людей или представления их действий. Мы видим людей любого материального состояния, возраста, знаний, опыта с необходимостью выражать то, что по каким-либо причинам невозможно сказать по-другому. Является ли это поведение свойственным исключительно человеку, я не знаю. Единственное, что я знаю, это то, что у меня есть такое чувство, что я использую материалы вокруг себя, чтобы говорить. Я чувствую, что должен сказать.

С: Когда мы говорим о современном искусстве, большую роль играет социально-экономическая среда и конечно же происхождение художника. Ваш путь географически просто невероятный, как это влияет на ваше творчество?

Да, во многом. Прежде всего свет: за все эти годы я не смог изменить свой ритм, когда я работаю, здесь все спят и наоборот. Поэтому яркость света там отличается от яркости тут, мое восприятие цвета более интенсивное и, наконец, разнообразие этих источников (света) в нашем обществе (Мексика) производит яркую культуру. Это в моих жилах, в моей крови.

С: Вы чувствуете что ваше творчество понятно в контексте Северной Европы в той же мере что и в контексте Мексики?

Б: Я не уверен, понимают ли мою работу или нет, но я уверен, что людям нравится то, что я делаю, поскольку я больше и больше работаю над отдельными сообщениями, а не с комплексной рационализацией или многими взглядами одновременно.

Processed with VSCO with oc preset

С: Вы чувствуете себя Мексиканским художником или Финским? (Применимо ли такое определение к вам в целом?)

Б: Нет, нет, я не чувствую ни того, ни другого. Я вижу аспекты, которые напоминают культуру Финнов, но не полностью и точно так же, как мою собственную.

С: В Скандинавских странах очень важную роль занимает функциональность – полезность и смысл, что вы думаете по этому поводу? Присутствует ли functional design в ваших работах?

Я не Скандинав и не Фин, я не думал об этом. Я считаю, что это можно рассматривать как нож с двумя лезвиями: функциональность не означает универсальность. Что полезно для скандинавов, может быть воспринято наоборот не полезным для людей из других регионов.

С: Кто ваш любимый скульптор и есть ли те, кого вы почитаете?

Мои фавориты за все время – Роден, Бранкузи, Александр Колдер, Ганс Арп и Хесус Майояития из Мексики. Последний был моим учителем геометрии в Школе искусств.

С: Кто из людей вас вдохновляет?

Их много, Дж. Бойс, Дж. Косут, И. Азимов, А. Кларк, А. Мастретта, Дж Сарамаго, Э Шиле, Г. Климт, Дж Миро, Д. Смит, Эшер Васарели.

С: Вы говорите “ в каждом моем произведении женщина” что это значит?

Б: Это связанно с событиями которые я переживал задолго до того, как начал работать со скульптурой. Когда мне было 30, я встретил женщину, у которой были серьезные проблемы с восприятием пищи, с восприятием ее тела. В течение долгих лет я был погружен в ее мир, где встречал много людей с подобными проблемами. Эти 25 лет жизни серьезно повлияли на меня, на мою систему восприятия. Когда я получал первый урок в työvaenopisto по моделированию из глины модель была достаточно пухлой женщиной и бессознательно я начал замечать только торс и талию.

С: Вы не могли бы подробнее рассказать об этом? Какая роль женщины в Вашей жизни?

Б: Начиная с 10 летнего возраста и заканчивая 30 годами я был совершенно потерян, я погряз в своих мечтах и фантазиях, я был совершенно беззащитен. Я был не просто наивен – я был дурачком и, конечно, такого мальчика будут задирать, и меня задирали, в то время молодые женщины были для меня иероглифами. Я, неспособный понять их, снова погружался в свои мечты и фантазии. Все эти годы у меня было много платонической любви, пока я не нашел свой путь…все эти годы заставили меня научиться слушать и чувствовать других, и спустя множество ошибок, я начал слышать и чувствовать самого себя. Вот такая роль женщин в моей жизни. Они лучшие друзья, которых я когда-либо имел, через них я узнаю о себе. Для меня все также самый легкий способ исследовать это сопоставление мыслей и чувств – лежит через тело женщины, до сих пор.

Processed with VSCO with b1 preset

С: Как вы начали делать скульптуры? Вы говорите первые работы были сделаны когда вы “ничего не знали толком о глине”, они мне очень нравятся, стояло ли что-то за этим? На сколько я понимаю, вы начали делать произведения в достаточно зрелом возрасте. Было какое-то озарение или желание поменять жизнь? Как все началось?

Б: Мое первое произведение, предполагавшееся как скульптура, было сделано в 20 или 20 с небольшим лет – это был подарок для посетителя священника в Бразилии. У меня были некоторые материалы дома: алюминиевая проволока, которую я нашел возле некоторых телефонных установок, сломанное стекло и камень, который я нашел на месте кемпинга. Из них я сделал распятие. Несколько лет спустя я занимался разработкой рекламных продуктов из разных материалов, но всегда другие делали объект для меня, тогда я только смотрел.

Затем был большой перерыв, и я оказался далеко от своего родного города, с языковым барьером, который был слишком тяжелым для меня, потому что я всегда гордился тем, как я говорил на своем родном языке, но теперь я был вынужден говорить как мальчик. Поэтому я создал для себя небольшой мир и начал рисовать, позже я сделал несколько рамок из меди, а позже, с осенними листьями я разработал свои собственные методы, чтобы сохранить цвет и сами листья. В этот момент моему сыну было 6 или 7 лет, и он любил один из тех персонажей фильма для детей, и мой наставник попросил меня сделать piñata. Так я и сделал с каким-то папье-маше, не потому, что это было предназначено для разрыва. После этого опыта я начал делать маски с папье-маше, и все это я делал сам из-за советов. После тех лет один я нашел в хельсинки työväenopisto и оттуда началась моя история.

В этот момент моему сыну было 6 или 7 лет, и он любил одного из персонажей фильмов для детей, и моя бывшая жена попросила меня сделать piñata*. После этого опыта я начал делать маски из папье-маше, и все это я делал без советов и помощи. После тех лет один я нашел в хельсинки työväenopisto** и оттуда началась моя история.

*Пиньята (исп. Piñata) — мексиканская по происхождению полая игрушка довольно крупных размеров, изготовленная из папье-маше или лёгкой обёрточной бумаги с орнаментом и украшениями. Своей формой пиньята воспроизводит фигуры животных (обычно лошадей) или геометрические фигуры, которые наполняются различными угощениями или сюрпризами для детей (конфеты, хлопушки, игрушки, конфетти, орехи и т. п.)

**työväenopisto (фин.) – Центр обучения для взрослых

С: И последний вопрос я бы хотела задать о планах на будущее – какие идеи вы бы хотели воплотить? Какие замыслы и проекты вы хотите успеть сделать в жизни?

Б: Я работаю над “уродством” или деформациями, с некоторыми оптическими иллюзиями, включением света или звука или движения в работу… еще рано, чтобы знать наверняка, несмотря на мой возраст, я ищу свое третью сольную выставку – только с моей скульптурой на этот раз.

 Eng

S: You are not only a sculptor but also a painter, what is your attitude towards painting and sculpture? Is there a difference in self-expression in form of painting and sculpture? If yes, what it is for you?

B: Indeed there is a difference. With painting my intentions, illusions, plans about the project are most probably buried in my present problems and the processes are about clean the mind and begin with the work. Most of this time, those actions are a part of a routine.

For the other side with sculpture I have the need of cleansing my mind as well but the process of collecting material is totally different, I must attend the difficulties in a different way and have a plan, a technical plan to gather all the pieces together while the creativity was even before the recollection of the materials. In painting, I am able to change my goals or directions, while in sculpture not, at least in my personal experience, of course, it is always possible to change something but not the entity of the project. Personally, I prefer to stick to my plan and follow it till the end but sometimes life brings surprises.

S: You mentioned once that you like the play of light and shadow in your work, like when you are able to see (the light) through the work. I like how this “light” coexists in harmony with the “heavy” metals and wood that make up the work. There is a feeling of fragility and ambiguity of all in the world- massive metal studs reflect the shimmering light, softly playing with light – very elegant. Sharp saw blades combined together, creates the perfect feeling of softness, the surface as a whole is no longer perceived as cutting.

The materials that you use in your work is very “natural” and traditional- is wood, clay, bronze, metal. Tell us about your relationship to these materials? Why did you give them preference?

B: I guess it’s about some naive conceptions from my side. Having the idea that my artwork is primarily a work over the materials with the intention of searching for the voices that may be parallel with my inner voices. Metal, clay, wood, glass are straight and have clear voices for me that suit with my personal work for the moment, that it is to find the words that will compound my language. I don’t cover my lack of skills, I do as I feel, I do as I conceptualize  (at least I try)

S: What do you consider a major in sculpture? What is paramount for you – form or content?

B: I consider that issue more as rubber than a rule, sometimes my work is retinal as Duchamp used to disqualify artworks just because they were created for the only purpose of please the senses. And sometimes there is a rational source in some of my works. Sometimes I am more in the abstract realm and then I change for organic, sometimes I surprised myself with the results or even I have to leave a piece for days, weeks or months because the idea was no clear. I believe that passion is the key, my key.

S: Do you have a favorite work? (among your own) Could you tell a little about it?

B: Yes, I have an abstract piece in bronze with the name in Spanish ” la cabrona negra” that means “the black goat”. I created that piece having the lower body as an inspiration when I was looking for the material to make the basement I placed some stones on the kitchen table. One of them was a piece of beautiful black granite on which I placed the bronze to see how it would look like. The piece with this granite in black together, I almost fainted, looked like a person and I fell in love with that piece immediately. My girlfriend borrowed it and one day and a friend of her from Germany saw it and bought it together with some other pieces.

S: Where do you get your inspiration?

B: Women, Texture,  Shadows, Reflections, Fruits, Animals, Poetry, Music, People Walking, basically everything and work, work, work and work ah and yes more work.

S: I would like to ask one more, a rather complicated question. What is the idea behind all your artwork? This is probably to a greater extent the question of the sense in the global context – why? (This question is interesting for me to ask, I believe that there is no ultimately right answer, but the point of view and discussion about it is interesting, it resonates with the question why do we need art -. For whom it is?)

Maybe there is some question that you answer through your work?

B: I think the idea behind it is to be able to create something that people take into account, people observe and cherish. For me, as an artist is too sad to see how such splendid figures outdoors are being ignored by people, they don’t stop and look at them. Of course, we the artists, are responsible for this indifference when we create for ourselves rather than for the community.

Some time ago I read something about a chief or king in Africa, and he was asked why he had such nice masks and other objects in his cabin in the middle of the jungle where nobody can admire them but him, and he answered, “well, I guess everybody likes to have beautiful things in their houses”. Since the ancient images in Altamira and all the work done to celebrate humans or the representation of their actions, we have seen people from any condition or age, knowledge, experience, etc, with the need to express something that for whatsoever reasons is not possible to say in a different manner. Is this behave exclusive of humans, I don’t know. The only thing I know is that I have this feeling of using the materials around me to say the things, I feel I have to say.

Some time ago I read something about a chief or king in Africa, and he was asked why he had such nice masks and other objects in his cabin in the middle of the jungle where nobody can admire them but him, and he answered, “well, I guess everybody likes to have beautiful things in their houses”. Since the ancient images in Altamira and all the work done to celebrate humans or the representation of their actions, we have seen people from any condition or age, knowledge, experience, etc, with the need to express something that for whatsoever reasons is not possible to say in a different manner. Is this behave exclusive of humans, I don’t know. The only thing I know is that I have this feeling of using the materials around me to say the things, I feel I have to say.

S: When we talk about contemporary art socio-economic environment and of course the background of the artist plays a great role. Your path (Mexico-Finland) is geographically just incredible how it affects your work?

B: Well yes in many ways. First the light patterns, in all these years I was not able to make myself on the rhythm, so when I work here everybody sleep and vice versa. Therefore the radiance of light there is different than the radiance here and for that reasons, my color perception is more intense and finally, the variety of sources in our society produce a vibrant culture. That is in my veins and my skin.

S: Do you feel that your work is clear(to the public) in the context of Northern Europe to the same extent as in the context of Mexico?

B: I am not sure yet if they understand my work or not, what I am positive is that they like what I do, as I am more and more working on single messages rather than a complex rationalization or many visions in one set.

S: You feel the Mexican artist or Finnish? (if this definition applies to you in general)

B: No, no particularly, I do not feel as one or the other, I can see aspects that resemble some of Finns culture but not completely and the same way with my own.

S: In Scandinavian countries, a very important role has the functionality – the usefulness and meaning. What you think about this?

B: I am not a Scandinavian and Finland despite what they say is neither, so I haven’t think about it or this can be seen as a knife with two edges, functionality does not mean universality, what is useful for Scandinavians could not be perceived in the same way by people from other regions.

S: Is there a functional design in your work?

B: No, I don’t think so, or at least I try to not to. If there is a function the function is to “touch” somehow your nerves, your core, your senses. Unless is a commission and therefore the piece to develop should include all the variables of the place where is going to be placed, otherwise, the buyer must modify the surroundings in order to find the functionality of the new element.

S: Who is your favorite sculptor and are there those whom you worship?

B: My Favourite all the time is A Rodin, Brancusi, Alexander Calder, Hans Arp and Jesús Mayagoitia from México. This last one was my teacher of Geometry in the School of Arts.

S: Who are the people that inspire you?

B: They are many, Joseph Beuys, Joseph Kosuth, Isaac Asimov, A C Clark, A Mastretta, J Saramago, E Schiele, G Klimt, J Miro, D Smith, E Escher, V Vassarely.

S: You say “woman is in my every work” – what does that mean?

B: This has to be with some kind of happenings that I experienced for a quite long time before I commenced with sculpture. When I was in my 30s I met a woman that had severe problems with food and body perception and for many years I was immersed in her world where I also met more people with the same circumstance when I move to Finland. Those 25 years or so get deep into my system. Then when I got my first lesson at the työvaenopisto, modeling with clay and the model was a quite chubby woman unconsciously I begun to spot only with the torso or the waist.

S: Could you elaborate on this? What is the role of woman in your life and what is your perspective about woman and art?

B: Since my first 10 years to my 30´s I was lost, completely sunk in my dreams and fantasies, I was extremely innocent, not just naive, I was a fool and off course a boy like this will be bullied, and I was bullied everywhere by everyone until the day when one of the bulliers become the winner of all my anger, and the rest of the bulliers scared and ran, but too late, at that time young women were a hieroglyphs for me, incapable of understanding them I sunk again in my dreams and fantasies. All those years I had a lot of platonic loves, (only) until I found my road… all those years set on me the disposition to hear and feel others and after many fails, I begun to hear and feel to myself. So the role of the women in my life. They are the best friends I have ever had, through them, I learned about me. For me is easier to explore this juxtaposition of thoughts and feelings throughout women body, so far.

S: How you began to make sculptures? You say your first works were made when you “did know nothing”, I like them a lot, was there something behind it? As far as I understand you started to work with art in the mature age. It was some kind of inspiration or the desire to change your life? How it all began?

B: The first piece I did with the intention of being a sculpture it was a gift for a brazilian priest visitor. I had some materials spread at home, aluminum wire that I found near some telephonic installations , a broken bar of glass and a stone that I collect from a camping. With them I perform a crucifix. A few years after I was designing promotional products within different materials, but always others did the piece for me while I only watch. Then a big gap come and I found myself far away from my hometown, alone, with a language barrier that was too much and obliged me to speak as a boy, situation that I disliked so much, so again I enclosed myself in my particular world and began to paint, later I did some frames with brass and also with autumn leaves I developed my own techniques to preserve the leaves color and leaves itself. My sons 7th birthday made my ex–wife suggested me to make a piñata within the film characters my son loved. So I did it a 0ne meter tall with a sort of papier mache, not exactly because this object was intended to be ripped. After this experience, I began to do masks with papier maçhè drived only by my intuition. All those years doing things alone I found in Helsinki the työväenopisto and from there my story begun.

S: And the last question I would like to ask about plans for the future – what ideas would you like to implement? What plans and projects you want to get done in your life?

B: I am working in the ugliness or deformations and sort of optical illusions or the inclusion of light or sound or movement in my works, let´s see… yet early to know, despite my age I am looking for my third show alone within only sculpture this time.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s